Посмотрели "Лето". Пыталась зацепить собственные воспоминания об этом времени и персонажах. Фильм какой-то очень трусливый, осторожный, пластиковые пакеты, очень качественная одежда на героях. Няшный такой Ленинград восьмидесятых. Актеры постарше убедительны, молодежь - целлулоидная вся. Рома Зверь растягивает по-пацански слова (особенно в песнях). Рок-клуб вегетарианский, вообще все милое такое, не ширяется никто, не спивается. Цой выведен поцелованным небом пэтэушником. Что больше всего задело - нежелание авторов (особенно сценария - если бы герои все время молчали или только песнями общались, было бы лучше) хотя бы чуть-чуть понять это культурное пространство, а то выходит - вот они Лу Рида и Ти-Рекс послушали и все просветлились и стали писать модную музыку. И как бы ничего своего, в пустыне все выросли. Биографические и исторические ляпы меня, кстати, не смутили, они не так важны. в целом - пустота, хотя есть пара милых ракурсов и хороший Свин. Но вообще все дико нечестное.

Сегодня днем в состоянии глубокой печали и обиды на всё (есть причина) сидела и пила кофе. Девочка за стойкой беседовала с зашедшим знакомым и жаловалась на безвыходность ситуации (работать по специальности не получается - она танцевальный человек, надо платить за жилье): "Влюбилась, думала, вот оно. А теперь сплошное кладбище надежд." У этой истории нет морали.

И только ты начинаешь думать, мол, все ничего, как мироздание щелкает тебя по носу. И очень больно. Второй раз в моей жизни такая дрянь. Что мне пытаются сказать? Где-то надо взять силы. Обида страшная. Но обижаться не на кого, надо было быстро действовать самой. А как быстро действовать, если сил уже нет.

Такое странное ощущение после Петрова-Водкина. Осознала, что все его "докоммунарское" дико родное, я все время смотрела эти альбомы, некоторые картины так впечатаны в сознание, что даже не очень понятно, нравятся они или нет - просто часть мира. А вот коммунарское - страшная тема. Очень бурные эмоции вызвала картина "Новоселье" ,где пролетариат обживает богатую квартиру с окнами на Неву и вещами прежних хозяев, а сам художник сидит с дьявольской довольной усмешкой. Прекрасные бледно-желтые яблоки. А вообще - свойственная многим художникам идейная наивность. И жутко от того, что идейность эта обслужила власть по высшему разряду. Не был бы таким искренним, не вышло бы так убедительно романтизировать ад.

После вчерашнего похода в театр резко захотелось снова поработать в этом (пытаюсь подобрать эпитет - не получается, все кажется либо непредумышленно обидным для театральных людей, либо чрезмерно пафосным для непричастных) мире. Осторожно с желаниями.

До сих пор ничего не написала сюда про Индию, а ведь очень важно. Но столько набираю текста каждый день, что для себя уже не могу. ЧМ мне никак, но обилие полных жизни людей на улице радует. На фоне этих мужчин наши - в большинстве свое с картофельными лицами - не то что проигрывают, тают в тумане. Отчетливо понимаю, вдруг была бы сейчас не замужем, точно бы жила одна (если здесь).

Миллион всего происходит, а потом заснешь на пару часов на двиане и возишь во сне бабушку и Лялю по Будапешту своих снов. Каждый же город есть во снах в своем уникальном виде, в другом измерении. Есть у меня и Будапешт снов.