Никто, никто на этом свете не знает и не понимает меня лучше, чем мой сын. Возможно, это одно из самых ценных сокровищ, которые мне выделены на этом этапе. Это не значит, конечно же, что так будет всегда, но сейчас его поддержка и глубокое понимание значат для меня необыкновенно много. Равно как и поддержка и помощь многочисленных друзей. Может, глупо, что мне хочется сюда это несколько раз написать. Но я об этом все время нынче думаю. Параллельно думаю о том, как помогает профессиональное, но, увы, не способствует коррекции личного. Личное не скорректируешь, это да. Сложное у меня отношение к маме и отношения с мамой были непростыми всегда: я ей не очень понятна, напоминаю ей ГЯ, что, безусловно, не исключает ее любви ко мне, это не любовь-забота, как бывает у родителей к детям,  но от этого не менее любовь (сейчас - другая история, там, скорее, отношения с маминой болезнью и той ее частью, которая искажена болезнью, с другой стороны, сужение ее горизонта, возможно, отсекло то, что и не было для нее важно, но высветило то, что определяло и раньшее ее существование). Пока все идет по классическому описанию развития деменции: потеря интереса к тому, что занимало прежде, да и в целом потеря интереса, туннельность эмоций и ориентированности, неспособность уже адаптироваться и воспринимать новое и учиться чему-то новому. Улучшение физического состояния (значительное, надо сказать) привело к восполнению энергии и усилению агрессии, но это нормально и ожидаемо, я готова.

Прикольно пристроились коты. Там отдельный забавный сюжет, Гера уже съездил феральной хозяйской кошке (наглой:)) по мордасам, Поночка при нем и за ним, но сам Гера гладится и взаимодействует вполне полноценно с новой хозяйкой.

В целом ощущаю себя как сдувшийся резиновый плавательный круг или как резиновая же грелка, из которой вылили воду. Надо поднаполниться малость.

Более всего утомилии длительные разговоры с теми мамиными знакомыми и друзьями, которые не наблюдали развитие ее состояния и не видели ее в бреду с галлюцинациями (без подробностей, это не для слабых), не знают, что последний месяц перед пансионатом она практически перестала есть сама (ела  только когда кто-то приходил к ней покормить - раз в два дня), перестала кормить котов, мыться регулярно, забывала постиранное белье развесить, видела разное, называла меня мамой, не принимала прописанные ей лекарства, зато лечила сопутствующую деменции депрессию неподходящими способами. Как уже писала раньше, речевые нарушения я заметила очень давно, заставить ее пойти к врачам смогла (через дикое сопротивление) только в прошлом году как следует. И вот этим знакомым, друзьям и ученикам каждый (реально каждый!!!) раз приходилось по 30-40 минут, а то и дольше объяснять как маленьким детям, что происходит, что это необратимые (на сегодняшнем уровне медицины - тормозимые и смягчаемые, но необратимые) изменения. Не все хотят верить, кто-то вообще думает про меня злое (я все эти мысли прямо слышу, точно знаю, кто так думает). Это, главным образом, и высосало у меня силы. И этим людям, естественно, в отличие от моих друзей и людей понимающих, вообще плевать на меня. В мой личный ад идут и те, кто интересуется, почему я не забираю маму к себе, и те, кто спрашивал, чего это я не везу к себе котов.