Помогает сохранить остатки присутствия духа наличие рядом любимых людей (вчера, после утреннего тяжелого - все одновременно позвонили и написали, подтвердив мои печальные опасения насчет резкого ухудшения маминого состояния, Господи, какое счастье, что у меня есть такие друзья и близкие! - завела вчера тесто для блинов, и оно реально получилось как мое состояние, но пришли А. с Б., и А. сказал просто: "Сейчас я все исправлю," - "подлечил" тесто и испек идеальные блины, а сегодня написали двое коллег/друзей - я натурально расплакалась). Сегодня час "говорила с бесом" - маминой болезнью. Все по писанному и читанному (и испытанному в ходе переводческой работы с психиатрами). Начинается новая фаза - с агрессией. Очень хорошо прослеживается, как она пытается подверстать аргументы под свой протест против ограничения свободы (напр., что надо пить лекарство). В ход идет все, довольно изобретательно, надо сказать - мол, шла, зашла к доктору (ее лечит очень хороший дерматолог, но просто так к нему не зайдешь, да и бесплатно он не стал бы ее консультировать), и он мне сказал, что от таблеток мне может быть плохо. Интересно (если бы я была не дочь, а врачь), как она в глубине знает, что у нее алкогольная зависимость (типичная история с депрессией/деменцией/старческим алкоголизмом), но себя убеждат аргументами типа "я же жила в разных местах, когда ты была маленькой, я видела настоящих алкоголиков. Помогает собственный ровный (врачебно-участливый) тон, но и он вызывает агрессивную реакцию. И это, увы, уже фаза "никаких людей, которые могут меня предположительно контролировать, я к себе не пущу". Уже не хочет, чтобы я каждый день звонила и боится, что приеду и все еще отчетливей увижу (да я и так все вижу...

Пишу сюда, отчасти, чтобы фиксировать мамины состояния для следующего похода к врачам.