В реальном же мире - много мыслей по поводу походов в близкие войне места. Катаны в кабинете у Руслана. Хорошо посидели с вовиными сестрами. Давно не было у меня таких "девичьих" посиделок - это иногда прямо чистая терапия.

 Вчерашний сон (точнее, было два отчетливых сюжета, но хорошо запомнился один): я сижу в кабине, практически "вороний глаз", мне надо переводить фильм, синхронить вживую. Фильм начинается, выясняется, что там а) вперемешку русский и английский б)мне очень плохо слышно. То есть, сложно вычленить, где те реплики, которые я должна переводить. Я сижу, скукоженная, вглядываюсь и вслушиваюсь, раздражаюсь, что не могу нормально переводить.

Второй сон феерический, конечно. Мы с АФ-Ч едем с какого-то мероприятия, спускаемся в метро, а там на перроне стоят столики, как в какой-то забегаловке. За одним из столиков сидит как будто пьяненький пожилой мужчинка, мы к нему подходим, АФ-Ч заводит с ним разговор (вроде бы этот мужчинка едет с чьих-то похорон, до нас его там оставила некая пожилая дама). Я постепенно понимаю, что мужчинка - какой-то известный поэт из московских, АФ-Ч поворачивается ко мне и спрашивает, мол, вы же понимаете кто это. Я точно не знаю, но делаю вид, что знаю. А. идет к прилавку (?), берет водку, селедку, у меня тоже какая-то еда есть с собой, образуется стол, какие-то люди из этой же тусовки собрались, все, перебивая друг друга говорят, а мне почему-то совсем не хочется говорить, сижу, молчу, не находя смысла вступать в разговор, хотя в целом ситуация мне даже любопытна, интересно, такое живое интеллектуальное пикрование, но мне все равно хочется помолчать, подержать интригу относительно себя, так сказать.

 Даже не писала про остальные дни, потому что была в дороге, 10-го посидели с Сашей накануне его др, было трогательно. А потом полетела, и началось. Зимняя Рига. Ночной, точнее, темный - потому что зима - парк. Старый новый с друзьями уже в спб, ну, и мамины дела. Врач убедительная, диагноз ожидаемый, я подготовленная, но в моменте, конечно, не всегда удается включить отстраненного человека, потому что безвозвратно исчезающая мама - это тяжело. Когда аффект у нее берет верх, она периодически называет мамой меня... Самое, пожалуй, сложное - изменение личности из-за нарушений структуры коры головного мозга и вылезание тех черт личности, которые на деле были там, внутри, но активно подавлялись, точнее, человек их не выпускал особенно на поверхность. Наблюдать в исследовательском режиме интересно (как и афатические нарушения речи), но местами больно. С одной стороны, я убеждаю себя в том, что не стоит это воспринимать эмоционально (и не нужно - той мамы, что я знала, там действительно все меньше), с другой - все же это мама, и то, что она воспринимает меня механически как дочь (базовые вещи ассоциирует со мной, но на самом деле ей не очень все это мое интересно), а эмоционально как внешнюю силу, которая теперь ограничивает ее свободы (контролирует прием лекарств, проверят, выполняет ли она рекомендации и запреты врача  и т.д.) заставляет все время думать: а правильно ли я поступаю. Вот вчера я расслабилась после успешного утреннего мероприятия и успешной же лекции вечером (пришло прямо много народу), выпила с друзьями вина и не уследила, что маме налили, и она выпила - правда, немного, но все равно нехорошо, опасно (ее нынешние лекарства не совмещаются с алкоголем), так мне потом аж во сне приснилось что мне рассказывает Комский (почему он?), как он звонил маме, и у нее заплетался язык...

 Снилось разное: мама - опять в том деревенском доме, только там не было Ляли, одна мама и множество разных кошек, причем, какие-то кошки приходили прямо при мне. Ну, это сон понятный, тут нечего объяснять. Потом снился какой-то очень-очень плохо снятый фильм про Куликовскую битву (!?), где в кадр попадали вещи типа лаптей у героев на обычной обувной подошве...

А так - девятый день был день общения (приходили гости) и театров/концертов - ходили на открытие фестиваля "Прозначный звук" - новаторская музыка - в Академию музыки, слушали очень крутые "Прелюдии" Шопена-Лазкана (где фрагменты прелюдий - их играет пианист, как будто бы все время, но "на поверхность" они выходят кусками - то из середины, то финал, то начало - перемежаются мучительными попытками струнных и духовых извлечь звуки - там тоже как будто все время звучит музыка, но не имеющая достаточно сил выйти звуком наружу, как когда не можешь вдохнуть и выдохнуть нормально, как мы все нынче...)

 Седьмой - день телесных радостей, сходили в купальню (хотя, надо признать, внутреннее нервное состояние не дало полноценно расслабиться). Набережная в снегу хороша. Продолжаю работать, пришлось вернуться к де Саду (вот буквально, пришлось - печалит он меня всегда сильно). Забавны новые гей-ромкомы (это я японский вариант посмотрела 10 Dance:)  Забавно. Чемоданов прав: женщины смотрят это ради отвлеченности истории + будем честными, женщины в ромкомах всегда идиотки какие-то: то manic pixies, то damsels in distress. Я-то вот про себя почти уверена: будь я сейчас одна, вряд ли бы искала себе партнера, потому что зачем? Лучше бы работу хорошо оплачиваемую. И здоровья. А в кино и театр я люблю ходить одна (с В., безусловно, всегда в радость, но одной нормально).

Восьмой - день каких-то административных дел. Но сделать их получилось безболезненно и быстро (дай-то бог). Ну, и опять же переводим, встречи проводим - рабочая история. Если подумать и отсчитывать дни не с нового года, а с личного нового года, то есть, с 31 декабря, а не с первого, сентябрь, то есть, девятый месяц тут был бы вполне логичным прогнозом, потому что сентябрь всегда деловой.

Второй раз пытаюсь прочесть одну книгу Урсулы ле Гуин и что-то не идет. Хотя она всегда мне читалась хорошо. Ну да ладно. Что бы такое взять с собой в дорогу читать? Последний раз читала колумбийское, это было отличное погружение/отстранение от реальности. Вот теперь думаю, что взять.

 Пятый и шестой день прошли в каком-то оцепенении. Шел снег. Посмотрела Anniversary, загрустила. Внутренне как-то разбита. Снится разное. Вчера, т.е. шестого, вообще из дому не выходила - сижу-перевожу (но хоть интересное, пусть и морбидное): по надобности листала "Утопию" Мора, смотрела разных итальянцев и фотографии безумно бесчеловечных зданий Шпеера. Хочется мыслить ровно и красиво, а получается грязный снег под ногами. Взглянула на индийские танцы (которые как сложный балет). Поразилась в очередной раз, как другая система координат ничего не меняет в расстановке сил: талант и опыт дают такой уровень точности движений, какой недоступен лишенным дисциплины. Рекха в свои 60+ дает такой силы (при скупости даже) эмоцию в танце, что ах. Мужской южный танец тоже доставляет:) А вот сегодня снился полный странной символики сон. Будто я в Екатеринбурге, какое-то общение с переехавшими туда (?) Камчаткиными, причем видела и Юлю, и Нину Владимировну, но самый яркий фрагмент сна, когда я иду по какой-то улице на окраине города, где небольшие дома годов пятидесятых, школа с зарослями кустов, и вдоль улицы лежат три мертвые белые лошади - уже с трупными пятнами. Я начинаю куда-то звонить, пытаюсь вызвать транспорт, чтобы трупы лошадей забрали, Юля мне даже в этом помогает, но как-то не получается никого вызвать... По всем сонникам, да и по собственным ощущениям сон нехороший. Но, может быть, мертвые белые лошади приснились мне потому, что вчера умер Бела Тарр.

 Четвертый день - холодает, от этого все время хочется спать. Гуляли, солнце. Но общее ме состояние какое-то подавленное. Говорили об истощении ресурса, когда помочь можешь максимум только себе, да и то не всегда. Не надо было потом смотреть Anniversary Яна Комасы - не в этом настроении/состоянии, конечно. Безысходненько и без того. Но фильм хорош и очень точен. Умеют польские режиссеры про это, умеют. (Отмечу, что Pluribus просмотренный мне тоже очень понравился - особенно серия, где каждый из героев все время один, ну, или внутренне один, даже если вокруг hive mind).  Попробую "засмотреть" тяжесть Anniversary чем-нибудь повеселее. Днем переводила "Пространства смерти" - прекрасное, но застряла на эпитафиях Микеланджело (в книге была цитата из сонета, не могу найти русский перевод, поэтому читала все, что есть - дяденька и смерть, такие в основном стихи у Микеланджело). А вот сны уже несколько дней не помню, хотя ощущения помню, что как бы и важные, вроде, сны, но не остаются по пробуждении.

Да, чуть не забыла: вчера купила гантели...

 Третий день - гуляли, было солнце, подставляли ему лицо. Вечером ужинали с мамой одной сашиной подруги и ее мужем; старшее и среднее поколение - муж старше, из такой бизнес-тусовки старой уже теперь закалки, не без магического сознания, с интересным прошлым и любопытным настоящим, а вот мама, наверное, чуть младше нас, ох, много думала потом о ней: не понимаю вообще динамику с дочерью, явно дочь как-то формально воспринимается, там какие-то черти, похоже, номенклатурная московская семья - брат учился в Швейцарии - у мамы, в смысле, потом переместился заниматься наукой в Венгрию, брат - биолог, а жена его таксидермист (прелестный сюжет, кмк), сама мама пожила в Венгрии, купила гигантскую квартиру, но в местную жизнь вписаться даже при всех своих деньгах не смогла, теперь обитает в Италии ("Ломбардия - это прекрасно, Апулия, Сицилия, итальянцы тоже бестолковые, как и венгры, но милые, хоть улыбаются, а вот венгры неприятные, я ремонт делала, потом познакомилась с соседями, а они мне после здрасьте сразу, мол, а это у вас штробили без конца, и потом почти со мной не здоровались, а если здоровались, то всегда припоминали мне, что им шумно было" - так и подмывало ей сказать, что тут, да и везде, в России тоже, если делаешь ремонт, надо заранее написать письмо соседям, повесить внизу: так и так, будем делать ремонт с такого-то по такое-то, просим прощения за шум заранее),  какая-то подростковая женщина, несмотря на весь жизненный опыт, избалованная (сидим в одном из самых приятных винных баров в округе, хозяин - сашин приятель, американец, большой ценитель венгерского вина, очень все настоящее, мужу, кстати, явно нравится, хотя он и не по вину, а она хочет дальше есть азиатское, знает какое-то одно хорошее китайское место (ааа, в БП к китайцам - уж если ты такой ценитель - вообще надо ехать в чайнатаун), заходим поближе, чтобы не чесать через пол-города, ой, тут мало людей, пошли к другим, идем к другим, там, правда, хорошо, потом идем дальше, восемь что ли лет прожил человек в городе...  + очень меня триггерит, когда общаешься с человеком, а у него мимика вся убрана полировкой, есть в этом нечто нечеловеческое. Правда, меня дико напрягают люди с не очень качественной пластикой, когда все гладкое и губы вывернуты наружу. Хотя, буду честной, качественную пластику я вблизи видела всего дважды в жизни - у Мерил Стрип и Бардема, впрочем, у Хелен Миррен. У всех остальных актрис и актеров с подправленными лицами, с кем доводилось работать, это всегда было какое-то напряженное натяжение и редуцированная мимика. А вот у неактеров качественно видела только nose jobs (некоторые знакомые женщины делали - в принципе, нормально), все же, что связано с утягиванием кожи, вот прямо всегда выглядит стремно. 

 Если смотреть на первые дни года, как я обычно делаю, то первый день был ветренный, с прогулкой и видами на заснеженные и оттого живописные крыши Буды, а вечер был с вечеринкой у Петера Янеша, где, как обычно, толпа, супы и любопытные разговоры + как всегда слегка депрессивно настроенная подруга. Не забыть, что в принципе договорилась с Ленке об интервью!

Второй день - в лучшем романтически-зимнем духе съездили в Кишцелли: телефоны-прелесть, мрачная графика и живопись советских времен (типа, тайная борьба искусства), фотографии с трупами, которые грузят на Üllői из гетто, и телами на площади Кальвина аккуратно закрыты - можешь открыть, если хочешь, и посмотреть, а можешь и не открывать, Кольвиц, Роза Эль-Хасан, а в огромной церкви - инсталляция по фильму Árva (Жужа рассказывала, что была довольно близко, почти интимно знакома с прототипом главного героя, отца режиссера, но у них не сложилось, зато Жужа потом познакомила его с будущей женой, и их дружба прекратилась). После заехали на кладбище к Яношу Баку, постояли там втроем с Д., сообщили ему, мол, вот мы тут, помним, благодарим за урок выживания, стараемся выполнять заветы. После кладбища зашли рядом, съели вкусную пиццу, обсудили, как хотим, чтобы нас похоронили, раз уж мы, скорее всего, не ляжем дома. В общем, прекрасно провели день - вечером с В. смотрели финал "Странных дел" (В. предлагает называть сериал "Что-то плахоэ") - хороший для этого поколения фильм про взросление. Я потом слушала первую симфонию Малера (не знаю, зачем, но она вдруг услышалась как гиперавстровенгерская).

 Возможно, один из лучших дней рождения был вчера: А. сдеал мне чизкейк, и мы пришли (после утренней купальни) к нему на кофе. И больше ничего не надо в принципе. 

Последнее из 12 желаний (то, что не сожгла со дня зимнего солнцестояния) оказалось неожиданным и вообще не про разрешение нынешних моих проблем. О чем это нам говорит? Не о том беспокоишься, Ксана.

Было некое premonition вчера. Невеселое. Посмотрим.

НГ отметили хорошо, спокойно и даже местами весело.

Многие друзья хвастаются, что встретили "трезвый" новый год, в смысле, не пили за новогодним столом. И что? В основном это те, кто прежде злоупотреблял. Но я не злоупотребляла прежде, поэтому не очень понимаю, чем тут хвастаться.