Это же как меня накрывает периодически в плане "реализации"! И как мучает, что все какое-то ненастоящее кругом. Когда же это переплетается с другими чертями - мама не горюй! Сегодня снился сон: какое-то сборище в помещении чуть ли не из одного из моих (очень хороших, кстати,) снов про бабушку - то есть, на берегу Невы, с видом с Университетской набережной на Исаакий. За столом сидят некоторые коллеги (из нынешней жизни). Одна - суетливая, я ей рассказываю про вышедшее в ИЛ мое интервью (это меня слегка уязвляет в реальности, что только один человек мне рассказал о том, что его прочитал, но это близкий друг, и он ко мне хорошо относится - по-настоящему) - я беру с полки разные номера, оказывается они теперь (в реальности - нет) печатаются в другом формате и с очень крупным шрифтом. Смотрю там свое интервью и понимаю, что его снабдили какими-то левыми, частично сгенерированными фотографиями - так, на одной из фотографий я иду по какой-то крытой галерее, а вокруг меня десятки разноцветных котов, потом еще фото с котами в жанре "осень, тыквы и много-много рыжих котиков" (окей, это я вчера закончила переводить рассказ про убитую кошечку - тут тоже все понятно). И еще во сне понимаю, что это не настоящий номер журнала. За столом сидит еще одна коллега - разговаривает в жанре "бешеный психободряк". Вдруг появляется мама - она моложе нынешнего, в модном современном спортивном прикиде - асфальтового цвета костюм: маечка без рукавов и спортивные штаны-шаровары из мягкого материала. Мама подвижная, бодрая, пританцовывает. Все садимся за стол. Едим черешю, отдельная миска для косточек. А потом вдруг: раз! как будто кто-то уронил одну из мисок на пол, и из нее, как насекомые, начинают во все стороны ползти - буквально! - крупные зеленые и черные оливки. Они ползут по стенам, по столу, множатся, мы понимаем, что надо выбегать из комнаты, иначе они тут все вообще заполонят. Ну, и выбегаем. Сон закончился в дверях буквально - но это как раз понятно, в нынешнюю жару даже в нашем доме из саманного кирпича недостаточно прохладно (хотя в сто раз лучше, чем в городе), а тут еще по утрам залезает в кровать Йося и своей мохнатостью только усугубляет. Вот и трансформируется это в ощущение заполненности.

Мало что я ненавижу в этом мире больше (ну, есть то, что ненавижу больше, но за публичное выражение ненависти к этим вещам нынче можно сесть), чем тему "своим - все, остальным - как бы закон". Вот как может сидеть со мной за столом человек, который мне обещал публикацию книги, в которую вложено столько времени и сил, а потом - как бы невзначай - сообщил, что, мол, на издание-то есть, а вот на вас - нет. Но нет, сидел, вот не так давно, шутил, моим шуткам смеялся. И эти все институции поганые - в том числе и те, в которых и с которыми я работаю. Я ни разу, прописью: ни разу не получила в жизни ни одной "премии" - в смысле, на работе которые выдают. Даже когда работала в штате (я ничего не простила СПбГУ, помню про тот венгерский грант). Про остальные - те, что раздают своим, когда у своих какие-то трудности, - даже и не заикаюсь. Но это, второе, нынче испытали многие, кто остался без источников доходов и перебивается грантами. Переводческая жизнь (конкретнее, устная) - там все понятно, пирожок ссохся, уже не один раз коллеги прямым текстом мне сказали: жопу подняла - место потеряла + еще позволяешь себе сомневаться, полезно ли все это для кармы. Но тут я даже не в обиде. Несколько человек реально меня отрезали от каких-то денежных проектов - сознательно, кто-то - даже не предлагает, думая (ха-ха!!!), будто у меня какая-то волшебная тумбочка имеется, откуда я деньги беру. Раньше я думала, это только моя мама так думает, но нет, она не одинока. Пятиминутка возмущения окончена, пошла дальше переводить психологически непростой для меня рассказ.

Сегодня снилась долгая с большим количеством деталей экскурсия на маленьком поезде (как в парках бывают или на аттракционах) в подземные лаборатории, где когда-то изготавливались яды. Теперь там нечто вроде катакомбного музея, много остановок, на каждй можно попить кофе даже. Гид рассказывает, как под землей работали ученые. В одной из таких лабораторий (где, несмотря на поздемелье, довольно светло) в кофейне видим какое-то странное насекомое, которое бармен поначалу называет тараканом, но это какая-то больше похожая на ломаную палочку многоножка, не страшная, но странная. Потом вдруг оказываемя среди поющих с жестами. Поначалу я думаю, что это какая-то венгерская песня, но потом понимаю, что мы все делаем жесты из знаменитого фрагмента Пины Бауш Seasons March Dance - это я еще во сне понимаю, до пробуждения.

За вычетом того, что мне сегодня снились большие (больше реальных) толстые, но не враждебные, просто не надо трогать, земляные черви в густой черной земле (хороший, кстати, сон, по ощущениям), думать хочется не о кризисных (мама, теперь еще Саша, собственные наши истории, финансы, сука, финансы, профессиональный кризис тотальман) моментах, а о Ясперсе, которого сейчас читаю (про историю - но какие же немцы душные, особенно уныло-нудный Кант с избалованным Къеркегором, Ясперс хоть попытался добавить человечинки, еще думаю про четвертое "я", которого у него нет, а мне кажется, есть, и оно отчасти возвращает нас к первому). Еще очень много думаю про рассказы Эржебет Кадар, которые сейчас перевожу - видимо, ничто не приходит не в свое время. "Герта" своей безысходностью (про необъяснимое зло внутри и гибельность доброты - а также про спасительный отход в сторону, бабушку вспоминала каждый миг перевода, ей-богу), еще эта история про осенние шастания по заброшенному заводу - тоже странные задела вещи внутри. Но я вообще о другом. С каждым днем все более важным кажется разговор с Палом Завадой на книжной неделе - мы с ним давно не встречались, не говорили о серьезном. Он такой исторический пессимист. Спрашивал меня о важных вещах. Я в разговоре с ним сказала, что я túlélő vagyok, а на следующий день пришло известие, совершенным образом меняющее теперь и сашину, и нашу с Владимиром жизнь (в сторону усложнения и утяжеления). Но А. - молодец, хочется думать, что он тоже túlélő. Заодно интересно, как бывают моменты, когда четко понимаешь: вот берет слово судьба. И у А. сейчас совершает поворот судьба, причем во всех смыслах.

Вот еще вчера был сон - довольно подробный (это все кроме снов про маму, которые снятся все время и просто иллюстрируют мои тревоги, боль, чувство непонятной вины за то, что вынужденно ограничила мамину свободу жизни - хотя рационально и я, и все вокруг понимаем, что одна она бы уже была мертва или совершенно лишилась возможности жить нормально физически и психически). Я пришла в квартиру на 9-ой - квартира (по условиям сна) стоит пустая уже давно (true, true). Я по очереди поливаю засохшие (но не погибшие, просто давно не видевшие воды) растения в кадках. Это большие, похожие на фикусы или какие-то типичные домашние виды растений зеленые еще растения). Пара в большой комнате, одно на кухне, пока иду с кухни по длинному (еще более длинному, чем он был в реальности) коридору, замечаю рядом с выступом, точнее, нишей, где в реальности был туалет, еще одну нишу в стене, но низко, не выше уровня колен. Ниша освещена, там кошачий туалет. Оказывается, в квартире живет кот - не очень понятно, как он там живет, если его никто не кормит, но вот он подходит (выглядит совершенно нормально) и пристально наблюдает, как я убираю его говно. Убирать не противно, просто очень много накопилось. Кот симпатичный, немного похож на нашего давнего Масика и, одновременно, на маминого предыдущего кота (последнео из тех, кто жил на 9-ой), Кукочку, т.е. и серый с белым, и полосатый "шпрот" одновременно. Кот вполне дружелюбен. Дожидается, пока я все не уберу. На этом сон заканчивается. Проснулась с вопросом, что же он там все-таки ест:) Давненько не снилась мне квартира на 9-ой...

Сегодняшний сон завершился необычно четким финальным прямо-таки кадром: на заднем плане - довольно густой сосновый лес (примерно 2/3 по высоте фона), низ - зеленый подлесок, переходящий в совсем узкую полоску песка. На переднем плане сижу я в темно-пестром летнем платье. Сижу как на фотографиях начала ХХ века на стуле, платье закрывает ноги, рядом со мной - как кавалер на таких парных фото - стоит волосатый, похожий на Чубакку, только темноволосый, весь покрытый волосами некто. Он стоит прямо, будто даже держится за стул (самого стула не видно) одной, левой рукой/лапой, а в правой держит перед собой на уровне груди ярко-желтую туфельку.

 Зашла сегодня на книжную неделю. Поговорила с Золтаном Чехи (купила Владимиру - ну, и себе, конечно, его перевод "Метаморфоз" ), дико было приятно. Виделась с Завадой - уже даже он, мягко говоря, не последний венгерский писатель говорит мне: "Пиши, Оксана!" Нужен какой-то втык от Вселенной, я чувствую. Как будто мало было втыков. Сука, столько планов нереализованных!